СВ. МИТРОПОЛИТ ФИЛАРЕТ (ВОЗНЕСЕНСКИЙ)

  


БЕСЕДА В СВЯТО-ТРОИЦКОЙ СЕМИНАРИИ О ПАСТЫРСКОМ СЛУЖЕНИИ

  

    Я хочу вам сказать несколько слов на темы, которые, вероятно, вы слышали - не только от меня, а слышали от ваших почтенных профессоров и преподавателей. Но мне и с своей стороны хотелось тоже эти слова вам сказать, потому что давно мне не приходилось беседовать с вами. У меня есть надежда, между прочим, теперь, что мне придется гораздо - если не гораздо, то - много чаще бывать здесь, чем раньше. И, может быть, удастся тогда беседовать с вами больше и подробнее. И вообще - проводить больше времени в обители, чем приходилось до сих пор.

    Мне хочется вам сказать то, что говорили вам неоднократно (в особенности, вероятно, на выпускных актах ваших), - о том, что Церковь от вас, изучающих богословские науки, ожидает прямого служения Ей в пастырском сане.

    Когда-то блаженнейший митрополит Антоний, обращаясь, правда, к студентам Академии, говорил о том, что попасть тогда в Академию было не так легко, в его время: кандидатов было много, а мест было не много, потому что не много было и самых академий... И вот, владыка Антоний, обращаясь к студентам-академикам говорил: "Помни: на то место, которое ты занимаешь в академической аудитории, много было кандидатов и много - просят. Ты - занял его, и пред Богом ответишь, если, получивши на этом месте богословское знание, ты не пойдешь на служение Церкви."

    А, к сожалению, некоторые уходят! Потому что, если бы ты пошел бы прямо на какую-то светскую работу, службу, получил бы светское высшее образование, - то на месте, которое ты занимаешь, мог бы быть кто-то другой, кто отдал бы себя именно Церкви.

    Есть французское слово - "noblesse oblige", которое говорит о том, что "положение обязывает". Так вот, повторяю, не забудьте друзья, что Церковь от вас ждет служения ей. Особенно - в настоящее время. Из всех тревожных дум, которые сейчас приходят постоянно, теснятся в голове и у меня и у других архипастырей это - [особенно тревожная] дума о том, что старое поколение пастырей уходит, а смены слишком мало.

    В нашей Зарубежной Церкви есть более четырехсот обителей, приходов, храмов, престолов освященных , часовен и так далее, - более четырехсот! А священнослужителей уже сейчас - около двухсот, и при этом значительное большинство их уже - в преклонном возрасте. Все мы скоро уже окончим наши дни.

    Вот недавно ведь, в течение месяца, наша Церковь потеряла сразу нескольких священнослужителей: скончался Преосвященный епископ Савва (правда, бывший на покое, но все еще трудившийся для Церкви), скончался протоиерей отец Иосиф Гринкевич, скончался отец протоиерей Илия Качевский, скончался в Калифорнии заслуженнейший протопресвитер отец Петр Триодин - это большая потеря для Калифорнийской епархии, скончался, наконец , еще в Германии какой-то священник, как мне об этом сообщил владыка Павел Штутгарский... - Вот какая убыль сразу, а пополнения нет! Уже и в нашей епархии, самой большой, Восточно-Американской - несколько приходов пустуют. Настоятельское место оказывается только вакансией, которую нужно кем-то занимать...

    Когда пред юношей, перед молодым человеком стоит вопрос о принятии пастырства, то, как вы, вероятно, и читали и слышали, многие часто идут на пастырское служение или отказываются от него - первые, потому что, как говорят, "чувствуют призвание" к нему, а вторые - призвания не чувствуют. Они говорят: "У меня призвания нет, ну вот, я изучил богословские науки, но к пастырскому служению у меня нет призвания."

    Вот против этого самым категорическим тоном и образом восставал владыка Антоний блаженнейший. Он не признавал этих аргументов совсем, он говорил, что одно есть призвание, действительно - когда Церковь тебя призывает! А что такое - "у тебя нет, в тебе самом, внутреннего призвания"? - Что - ты сам себя призываешь, что ли?

    Как часто бывали случаи, что человеку кажется, что он "призван" пастырствовать! - Берет на себя это служение, и его служение оканчивается полной неудачей - в некоторых случаях даже до снятия сана. И обратно: бывали случаи, когда под некоторым принуждением, как будто бы не имея именно того, что называют "призванием", молодой человек все-таки надевал на себя рясу, а потом - захватывала его высота пастырского служения, и постепенно он оказывался в рядах лучших пастырей Церкви. И таких случаев было немало! А объективное призвание, как говорил владыка Антоний, это - одно: когда Церковь тебя зовет.

    Вот почему, когда мне приходилось беседовать с людьми, которые, объективно говоря, могли бы быть служителями Церкви, но не хотели принимать на себя это служение, когда я с ними говорю об этом, я им всегда говорю: "Помните: когда Мать - Церковь призывает, - отказываться опасно. Если вы друг с другом беседуете - это одно, а если кто-нибудь из нас, архиереев вас призывает - то помните, что архиерей - служитель Церкви в высшем сане. Его призыв - есть именно призыв Церкви, и если ты не хочешь согласиться, не внемлешь его призыву, то ты не внемлешь призыву самой Церкви."

    Разные бывают пастырские пути, по их внешнему, так сказать, "оформлению", по внешним условиям, особенно - теперь, потому что и жизнь наша - очень разнообразна сейчас. Но, конечно, основные тут - две линии: или пастырский сан, соединенный с монашеским званием - или служение пастырское, как говорят, в "белом духовенстве", когда пастырь, имеет не только свою духовную семью, но и обычную свою личную семью и личную жизнь в этой семье.

    И то и другое благословенно. Конечно, сам по себе монашеский путь есть прямой путь в Царство Небесное - так сказать, в своем назначении, в своем идеале. Не все монахи соответствуют этому в личной своей жизни. Но по этому как раз поводу еще святитель Григорий Богослов, полушутя, но и серьезно когда-то говорил, что когда речь идет о монашестве, то нужно иметь в виду настоящих монахов, хороших, «а дурных, - как он говорил, - никчемных - бросим воронам»...

    Так или иначе, монашество, как путь всецелого посвящения себя Богу - есть исключительный и особенный путь в жизни. И, вместе с тем - путь, на котором человек, если он и пастырское звание носит, то может себя, действительно, этой работе духовной отдать всецело, не обремененный никакими личными попечениями о личной своей семье.

    Пастырь "белого духовенства", имеющий семью, волей-неволей, по условиям жизни, конечно, не должен о семье забывать - эта ответственность у него также на плечах. Но, однако же, если он сумеет создать настоящую христианскую семью, то это оказывается ему не помехою, а наоборот - в каком-то смысле - помощью в его пастырских трудах. Это - опять-таки, конечно, как говорят - в идеале. Но никогда не нужно думать, что семья, если она, именно, строится на христианских началах, - что она будет пастырю мешать в осуществлении его пастырского служения.

    Владыка Антоний указывал на то, что у нас среди духовенства много было очень высоко духовно стоящих представителей пастырского звания, как раз семейных, но только сумевших свою жизнь построить на светлых, глубоких христианских началах - так, что их семья была тем, что так любил называть святой Апостол Павел: «домашняя церковь»*.

    Разнообразны будут, вероятно, и ваши пути, когда вы примете пастырское служение. В монашестве человек предстоит весь пред Богом. Как говорил святитель Феофан Затворник, «настоящий монах тот, пред кем только Бог, да он сам, исчезающий в Боге.»

    Но и если пастырь совершает свое служение, повторяю, не в монашеском звании, а в звании "белого" священника, то и здесь ему есть полная возможность себя Богу посвятить и служить Ему не только в деле проповеди, в деле служения и наставления, а и примером в личной жизни своей.

    Вообще - помните: если пред вами откроется, наметите вы себе путь именно такого пастырства, связанного с семьей с личной, с существованием семьи, то - помните: когда будете себе избирать ту, которая будет вашей подругой и спутницей жизни в вашем пастырском служении, то - помните, конечно, что нужно в этом отношении быть осторожным - в выборе будущей спутницы жизни. - Не позволять себе увлекаться какими-то наносными романтическими увлечениями и так далее, а серьезно смотреть на это дело, прежде всего, отдавая себе отчет: удастся ли устроить такую настоящую нашу русскую христианскую семью, которая действительно была бы такой "домашней церковью".

    Мне приходилось бывать в таких семьях - они есть и теперь. При всей той распущенности, которая наложила свою печать на теперешнюю жизнь, при всем том, что таких настоящих семей не так уж и много теперь, при теперешних легкомысленно-преступных взглядах на брак и на обязанности, которые брак налагает, - при всем этом, однако же, есть хорошие христианские семьи! Мне, повторяю, приходилось быть в таких - в них особый духовный уют.

    В такой семье - помните, прежде всего - если будете такую семью создавать, то нужно, чтобы и отец и мать, будущий пастырь и его будущая матушка, чтобы они, прежде всего, строили свою жизнь на преданности Богу и на молитве. И чтобы, если Господь им пошлет детей, и семья будет, таким образом, полна - чтобы дети не только слышали от родителей о том, то такое Бог, наставления их о молитве и о прочем - а самое главное - чтобы дети в своем еще нежном младенческом и отроческом возрасте не только слышали наставления своих родителей о том, что нужно молиться Богу и любить Бога, а видели бы своих родителей постоянно и благоговейно молящимися Богу.

    Это важнее всяких назиданий! Недаром говорилось у нас в русской поговорке, что слова назидают, а примеры увлекают. И пример благоговейно молящихся родителей - он, в этом отношении, всегда будет светлым примером, которому детская чистая душа сейчас же потянется подражать. И дитя научится молиться Богу в самые эти драгоценные, многоценные годы своего детства, когда душа молодая как воск мягкая - на ней можно написать, что угодно, а потом она делается твердой как железо, как говорили святые Отцы.

    Еще мне об одном хочется сказать два слова. Это - вот о чем: ради всего святого, избегайте того, что так часто совершается теперь - вступать в брак с лицом не православного вероисповедания. Ради Бога избегайте! Это вот сейчас считается почти нормальным явлением в жизни - а никогда настоящим браком такой брак не будет. - Никогда! Если вступающие в брак муж и жена, жених и невеста веруют по-разному - то какое же может быть у них настоящее духовное единение? Брак ведь не связь людей телом - брак есть, прежде всего, единение духовное - а как оно может быть, когда самые предметы-то верования мыслятся не одинаково мужем и женой? Я уж не говорю о несчастных детях! В таких семьях дети вырастают почти всегда или неверующими или маловерующими - и тут их обвинять невозможно! - Потому что, действительно, - что ребенок, что - дитя? Что подрастающий мальчик или девочка могут подумать, когда они видят, что мама верует - так, а папа верует - так?... - Значит, все это относительно: можно верить так, а можно верить эдак? А может быть, можно и совсем не верить ни во что? Очевидно, что для каждого человека только то является его предметом верования, что он сам считает правильным? А другой - считает не так... И вот, таким образом, скептицизм сразу уже заселяется в молодой душе, и никогда она настоящей, глубоко верующей, православной душой уже не будет. - Или потом, может быть, жизнь научит через какие-то перемены по Промыслу Божию, а семья такая - никогда не даст молодой душе настоящего православного воспитания и убеждений.

    Еще вот что: сейчас мы с вами живем в эпоху всяких "модернизмов" и экуменизма. Все это вам уже знакомо. Об этом я распространяться сейчас не буду. Но только вот еще... о чем хочу вам еще сказать: почему так легко теперь люди поддаются на все эти духовные приманки? Почему они эту фальшь принимают за истину? Почему они так легко расстаются с своими православными верованиями, принимают что-то другое? Потому что, как говорил святой Апостол Павел, они «любви истины не прияли» в душу свою**.

    Вот я помню, как мне приходилось в последние годы бывать в Европе, в Париже, во Франции - где так называемый бывший наш экзархат Парижский - то есть, другими словами - застарелый и упорный евлогианский раскол. Вот там смотришь - большинство православных русских людей совершенно одинаково идут в храмы Зарубежной Церкви, идут в храмы эти евлогиан... Одинаково и там и там причащаются и говеют... И когда их спрашивают, а почему это- так, они говорят: "А разве не все равно? И там, и там одинаковая служба - служба почти что одинакова - почему не пойти туда, а непременно - вот сюда, в нашу церковь?"...

    Вот я и хочу вам прочитать одно место из послания Апостола Павла. Апостол Павел, когда во втором послании к Солунянам указывал в нем на признаки пришествия Антихриста, то он говорил: «пришествие его, по действию сатаны, будет со всякою силою и знамениями и чудесами ложными, и со всяким неправедным обольщением погибающих, за то, что они не приняли любви истины для своего спасения. И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи, да будут осуждены все, не веровавшие истине, но возлюбившие неправду»***.

    Я лично считаю это совершенно точным ответом на вопрос - почему так легко теперь люди сходят с православного пути на пути какие-то другие? - Значит им истина не дорога!

    Если бы они ее любили - они бы были преданы ей, они бы ею дорожили и они бы не выносили самой мысли о том, что здесь может оказаться какая-то подделка или фальшь и поэтому они всячески исследовали и искали бы истину, пока не нашли бы ее.

    А когда они с таким безразличием идут куда угодно - это значит, что настоящая-то истина для них или не существует, или, во всяком случае, если она и есть, то - где-то... есть...

     Спросил же Пилат когда-то Спасителя: «Что есть истина?»****, - хотя Истина стояла перед ним, а он в Истине Ея истинности и единственности не увидал. Так вот, и теперь люди постоянно, из-за того, что не дорога им истина - легко заменяют ее подделками ея.

    Как будущие пастыри, это - помните. Нужно это всегда подчеркивать, всегда ставить все "точки над i", как говорят.

    А там как раз, в той части Европы, о которой я вам говорил -там как раз, почему-то всегда это мало разъяснялось. Недостаточно было разъяснений. Этого не объясняли, и люди, так сказать, не были воспитаны в настоящих понятиях о том, что - истина и что - не истина, и поэтому, так как любви -то к истине у них не оказалось, то они легко от нее отходили.

    В «Апокалипсисе», как, вероятно, вы читали (а может быть и изучали) - там, когда Господь обращается к Ангелу Лаодикийской, последней Церкви, то как раз - грозно его упрекает именно за такое равнодушие. Может быть, вы помните, как там сказано: «знаю тебя, - говорит Господь, - ты ни холоден, ни горяч. О, если бы ты был холоден или горяч!»*****. Под "горячим" всегда понимали святые Отцы тех, кто горячо защищает истину, а кто "холоден" - тот идет против нея. Но вот в этих словах Спасителя мы и видим, что лучше быть даже "холодным", то есть, противником истины, чем быть теми, о которых Он дальше говорит: «О, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты не холоден и не горяч, а тепл, ( ни то ни другое) - то извергну тебя из уст Моих»******. А по-славянски сказано еще резче: «изблевати тя из уст Моих имам», - то есть, выброшу тебя так, как организм из себя со страданием и с мукою выбрасывает то, что противно ему, ядовито, вредно для него. Так вот, Господь и предупреждает: «изблевати тя из уст Моих имам», - то есть, в таком твоем настроении ты будешь противным для Меня.

    - Вот как опасно равнодушие к истине! А вот это-то и был характерный признак этих лаодикийцев. «Ты говоришь, - говорит Господь, - что я богат, обогатился и ни чего не требую, а не видишь того, что ты окаянен, и беден, и нищ, и слеп, и наг..»******* Вот этими-то словами выпукло и рельефно характеризуется нынешнее человечество, которое думает, что оно находит новые истины в виде этого экуменизма и подобных ему ложных учений, а в действительности, как раз, человечество и не видит того, что оно окаянно и бедно и нище - обнищало и ослеплено, и в духовном отношении - обнажено.

    Помните это, будущие пастыри. На борьбу с этим равнодушием человеческих душ к Истине придется вам выступить. И в этом отношении - всегда уповайте на свою благодать, когда будете ея носителями. Когда будете служителями Церкви - помните: если вообще поговорка говорит: "без Бога - ни до порога", то пастырь Церкви должен своей верой и упованием быть неотрывно связан с Господом, Пастыреначальником своим.

    Вы, наверно, знакомы с чудесным дневником отца Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе». - Как в нем отец Иоанн - чуть ли не на каждой странице- отец Иоанн указывает на то, что пастырь Церкви от себя ничего доброго не должен ожидать, а только сознавать, что он - тоже нищ и слеп и наг - сам по себе... Но, в тоже самое время, как говорил отец Иоанн, от себя не ожидая ничего, кроме грехов и ошибок, - от Бога ожидать всякой помощи.

    Потому что служителей Церкви поставляет Дух Святый, Который сообщается ему в таинстве хиротонии, и благодать, прежде всего, молитвы и учения и назидания человеческих душ - в обилии дается служителям Церкви. И когда будешь выступать на это служение и когда пойдешь по пути пастырского служения - помни, что благодать Господня - с тобой. Внимательный к себе, верующий, сосредоточенный, благоговейный новый служитель Церкви с момента хиротонии явно ощущает в себе какое-то новое начало, которое все время его понуждает, так сказать, к тому, чтобы он трудился во славу Божию.

    Как говорил когда-то один из великих пророков, что «хотел я удержать слово, но оно было как огонь в костях моих, и я не мог удержать его в себе»********. Так и тут: благодатный дар живет в пастыре Церкви с момента его получения. Он только должен, по выражению того же Апостола Павла, «возгревать»********* этот дар - как бы раздувать, как нужно раздувать иногда пламя, чтобы оно не погасало. Так и пастырь должен этот дар возгревать, но - повторяю еще раз: на себя совсем не опираясь никак, зная свою немощь, темноту и невежество, однако, от Господа - всего ожидая!

    Когда-то, после того, как отец Иоанн Кронштадтский совершил одно из своих поразительных чудес, кто-то, потрясенный до глубины души, говорит ему: "Кто же ты, творящий такие дела?" Посмотрел удивленно отец Иоанн на вопрошавшего и смиренно ответил: «Кто я?... - темный и грешный человек, но только прилагающий все усилия к тому, чтобы послужить Богу в добре и в истине»

    Вот эта-то задача - послужить во время своего служения Богу в добре и истине и является основной задачей того, кто принимает на себя пастырское служение.

    Господь да поможет и вам, молодые друзья, в свое время, принявши это благое иго, легкое бремя на свои пастырские плечи пронести иго этого служения во славу Божию, на благо ближних, и - на спасение своей души.

Аминь.

Спаси вас Господи!

 

* 1 Кор. 16, 19.
** 2 Фес.11, 10.
*** 2 Фес.11, 9-12.
**** Ин. 18, 38.
***** Откр. 3, 15.
****** Откр. 3, 16.
******* Откр. 3, 17.
******** Иер. 20, 8-9.
********* 2 Тим. 1, 6.

 

Кассета 17; Проповедь 1

 

Проповеди и поучения Высокопреосвященнейшаго митрополита Филарета
Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви. том I.

Издание Комитета Русской Православной Молодежи
при Русской Православной Зарубежной Церкви 1981 г.

 

    Назад
К началу