СВ. МИТРОПОЛИТ ФИЛАРЕТ (ВОЗНЕСЕНСКИЙ)

  


БЕСЕДА НА СЪЕЗДЕ МОЛОДЕЖИ
В СВЯТО-ТРОИЦКОМ МОНАСТЫРЕ
О ТАИНСТВАХ ПОКАЯНИЯ И ПРИЧАЩЕНИЯ

  

    Когда мне осенью молодые устроители вот этого теперешнего съезда молодежи сказали о том, что на так называемое "католическое рождество", около него, а вернее - на праздник преподобного Германа - собирается паломничество здесь, съезд паломнический - я был искренно рад, потому что уже пример съезда Всезарубежного в Монтреале показал, что, все-таки, в таких съездах - много полезного и много хорошего. И, всякий раз, когда молодежь имеет возможность собраться, побыть вместе - именно, в своем, русском кругу и обменяться беседами, разговорами, мнениями на хорошие, серьезные темы, то это очень полезно - в особенности теперь, когда кругом бушует жизнь, совсем не похожая на христианскую.

    Мне сказали тогда устроители, что предполагается и моя лекция или беседа. Темы никакой не было указано. Я и сам сначала раздумывал, так сказать, на какую тему предложить свою маленькую беседу, потому что, вообще говоря - таких тем может быть почти бесконечное количество. На любой догматический, нравоучительный, пастырский, богослужебный, церковный вопрос так много, много можно говорить! Но так как это все-таки имеет оттенок паломничества, и так как многие - а хотелось бы, конечно, чтобы все или, во всяком случае - очень многие из собравшихся воспользовались этим паломничеством во время поста, чтобы отговеть, исповедоваться и причаститься Святых Таин - то поэтому я и решил предложить вам несколько мыслей о тех таинствах, к которым готовятся приступить говеющие: о таинствах исповеди - покаяния и - святого причащения.

    Когда мы с вами читаем святое Евангелие, то нам бросаются в глаза два обстоятельства - насколько милостив Господь наш к кающимся грешникам и насколько строг Он, когда Он говорит о тех основных началах, которые должен полагать в основание своего пути тот, кто хочет идти за Ним. Когда речь идет о милости к грешникам - никто не может быть милостивее, чем Господь Иисус Христос. Потому-то все грешники к Нему и тянулись, как больное растение тянется к солнышку. И в то же самое время, когда речь шла о каких-то принципиальных установках - вы знаете, как строг Господь и как Он категоричен.

    Если хочешь идти за Ним - отвергнись себя, возьми крест свой - и только тогда можешь идти за Ним.* В другом месте Господь сказал слова, которые не всегда правильно понимают: если кто хочет идти за Мною и быть Моим учеником «и не возненавидит отца своего и матери своей и самой жизни своей - то не может быть Моим учеником»**. Эти слова понимают иногда неправильно: не злое чувство ненависти заповедовал тут Господь, тем более - к родителям и не ненависти к своим ближним, а - решительное отвержение всякого препятствия, которое может стать между человеком, который хочет идти за Христом и между Спасителем. И если даже такие близкие и дорогие люди, как отец и мать станут поперек пути человека - за Спасителем - тут он должен обойтись с ними как с врагами, как и заповедовало Евангелие. Отнюдь не ненавидя их злой ненавистью - нет, конечно! - но решительным образом отстраняя их в своем пути или - уклоняясь от них для того, чтобы не было ему этого препятствия в следовании за Господом Спасителем.

    И в многих других местах мы с вами видим, как категоричен Господь, предлагая какие-то духовные основы, основные начала. Вот - беседа о Хлебе Небесном. Когда Господь стал говорить, что только тот может иметь жизнь вечную, кто будет вкушать Его плоть и пить Его кровь***, то большинство из тех, кто шел за ним до этого сказали: «Какие странные слова!» По-славянски - «жестоко есть слово сие, кто может его слышать?» И - оставили Его и больше не шли за Ним.

    С точки зрения человеческой - невыгодный момент: шли за Ним, потом вдруг большинство Его оставляет... Но Господь, ни на йоту не ослабляя Своего слова, обратился даже к Двенадцати и говорит: «Не хотите ли и вы отойти?» - то есть, так, значит, чтобы Он остался в одиночестве с Своей проповедью о Хлебе Небесном. - Но на это последовал убежденный ответ Апостола Петра, ответ, конечно, не только лично от него самого, а от всего Апостольского лика, что «Господи, к кому нам идти? Ты имеешь глаголы жизни вечной, и мы уверовали и познали, что Ты - Христос, Сын Бога Живаго»****.

    И вот, так как они не отошли от своего Учителя, услышавши Его это слово о Хлебе Небесном, то они и сподобились в свое время и быть первыми причастниками Святых Таин, первыми причастниками этой Божественной Трапезы. Они - поверили, не разумея, как это может быть, но - поверили. И - не отошли! И за это и удостоил их быть первыми причастниками Господь.

    Христианин, таким образом, по наставлению Спасителя - должен быть крестоносцем. Но несение креста - есть трудный подвиг. Христианину приходится на своем христианском пути бороться и с своей грешной природой, и с мiром, окружающим его, который «во зле лежит»*****, по слову Священного Писания, и - с начальником и изобретателем зла, самим сатаною, диаволом и его бесами. А человек - немощен и слаб. Но Господь, Который единый ведает человеческого естества немощь - Он не оставил человека без помощи и даровал ему в Церкви Своей те благодатные средства укрепления, наставления и - врачевания и исцеления, которые Церковь именует "Таинствами".

    Церковь, как, вероятно, многие из вас знают, признает семь Таинств. Но это, конечно, несколько формальное определение. Митрополит Антоний Блаженнейший указывал, что не только эти семь священнодействий, именуемых "Таинствами" преподают человеку благодать, но - во всяком священнодействии: в молебне, панихиде, в личной молитве человека - все равно благодать Господня по его вере действует священнотайне, то есть - священнотаинственным образом. Но вот эти семь Таинств - это как бы, так сказать - основные пункты, основные моменты священные, в которые Господь дарует Свой Благодатный дар. В каждом таинстве - отдельный, так сказать - специального назначения, и, вместе с тем - дар от одной и той же благодати Святого Духа.

    Вы знаете, конечно, что христианин не может и быть христианином, не принявши Таинства крещения. - Что вслед за Таинством крещения следует Таинство миропомазания. В крещении человек входит в Церковь. Это - как бы дверь в Церковь. Он становится православным христианином. В миропомазании Церковь облекает его дарами Духа Святаго для того, чтобы укрепить его духовные силы на должный подвиг крестоношения, на должное прохождение своего христианского пути.

    А дальше - следуют последующие таинства. Иногда их перечисляют в таком порядке: покаяние и причащение. Иногда - ставят наоборот: причащение и покаяние. Для той и другой расстановки есть основания. Если перечислять их в порядке постепенности так, как их принимает человек, вошедший в Церковь, то, если речь, например, идет о младенце христианском, то он - причащается прежде покаяния, потому что как только он в Церковь вошел, как чистое, невинное дитя, не имеющее никаких вольных, сознательных грехов - он может сейчас же приступать к Таинству святого причащения.

    А уже с семилетнего возраста христианское дитя, христианский отрок уже начинает исповедоваться, ибо тогда уже просыпается сознание, и совесть указывает на осознанные грехи. Мне лично, впрочем, приходит часто в голову мысль: в наше коварное время, когда дети и развиваются как-то уж очень рано, и когда окружает их всякого рода антихристианское направление жизни во всех отношениях, и когда они заражаются злом окружающего мiра уже в самом детском нежном возрасте - что не следует ли это перенести с семи лет на шесть лет, то есть с шести лет начать исповедывать, по крайней мере хотя бы некоторых детей. - Но это я между прочим сказал...

    Но так или иначе, с известного возраста уже и ребенок, превращающийся из младенца в отрока, начинает принимать таинство покаяния.

    Но, вообще говоря, беря в общем смысле и значении, у нас обыкновенно Таинство покаяния предшествует Таинству причащения, ибо оно является, конечно, наилучшей подготовкой к нему. Когда же и принимать человеку эту величайшую святыню из святынь - Пречистое Тело и Кровь Христову, как не после того, когда он очистил свою душу и совесть от того тяжкого бремени греховного, которое неизбежно накопилось на этой душе!

    Таинство покаяния Господь даровал по великой Своей милости человеку, именно, зная человеческого естества немощь. Податлив человек на грех! Испорчен он грехом... Первородный грех, это его наследственная порча - она делает свое дело. И поэтому человек неизбежно впадает в грехи, в нарушение воли Господней, ибо только сам Господь Иисус Христос в абсолютном смысле - безусловно чист и свободен от всякого греха. И вот, таинство покаяния Господь дарует человеку, чтобы человек мог, повторяю, это тяжкое бремя греховное - снять с своей души и с своей совести, освободиться от всего этого.

    Покаяние ведь нужно тоже понимать в двояком смысле. Для человека, который шел совершенно не христианским путем, был рабом суеты и своих страстей, для него - покаяние означает полную перемену жизненного курса. И слово, греческое слово "метания", которое у нас переведено словом "покаяние", оно означает - обращение, решительный поворот. Образцом того, как это может быть, нам служит обращение хотя бы святого Апостола Павла, который направленность своей жизни и деятельности переменил на прямо, диаметрально противоположную. И всякий грешник, который, служа греху - опомнится, и совесть в нем заговорит, если это - действительно глубокое духовное обращение - он сам ищет того, чтобы как-то переменить решительно свой жизненный путь, и у него покаяние будет - решительное отложение прежнего образа жизни и установка своей жизни на новое направление. С трудом это дается человеку! - потому что прежние навыки властно говорят свое.

    Как говорит святитель Феофан: «Ум, душа обратились к Господу. И в этом пункте Господь сразу обращающегося принимает в милость Свою. Но все остальное - пропитано грехом!» Как выражался тот же святитель Феофан затворник: «Доброе желание служить Богу у того, кто обращается от грешной жизни к жизни христианской напоминает огонек, который положен под сырыми - пресырыми дровами. Они только дымят, они только пар выпускают, а не горят. Постепенно начинают, немножко, под этим колеблющимся слабым огоньком они - начинают просыхать. Постепенно начинает огонь распространяться, и долгое время пройдет, пока наконец не загорятся они уже ярким и светящим и согревающим огнем.»

    «Вот так же бывает с духовным горением души, - говорил святитель Феофан Затворник, - много времени, много труда потребно человеку для того, чтобы этот затеплившийся в душе огонек - желание угодить Богу и жить по-Божьему, чтобы он разгорелся в целое пламя и, действительно собою уже охватил, просветил и согрел всю душу человека».

    Но если это так - у обращающегося, то и у христианина! - уже идущего сознательно путем служения Богу. И у него - исповедь и покаяние - непрестанный спутник его. И это - так, что, как говорил тот же святитель Феофан, «у христианина всякий вздох, который вырывается из его груди должен быть покаянным вздохом», а не просто - физиологическим выдыханием воздуха из легких.

    Тот, кто хочет готовиться к покаянию в смысле в том, в каком - вы хотите приступать сейчас - к подвигу говения, исповеди в своих грехах, тот должен помнить, что исповедь есть только заключительный момент! - А до этого должно быть - серьезное, глубокое обдумывание, припоминание, углубление в свою душу и в свою жизнь и беспощадно-строгая ея оценка с строго- христианской точки зрения, с точки зрения заповедей Божиих, законов Церковных и так далее... Христианин в эти дни и часы, когда он готовится к тому, чтобы свое тяжкое бремя греховное, так сказать, принести к ногам своего Спасителя, Который грехи наши принимает на Себя, должен обдумать свою жизнь и увидеть свои грехи.

    Это не так просто! Наше самолюбие нам заграждает часто тут дорогу и закрывает глаза. Привычка к грехам! Привычка как-то равнодушно многое оценивать... Привычка многое не считать за грех! - Все это накоплено в душе и все это решительно мешает человеку как дóлжно увидать его греховность. Недаром в Великом посту - главном нашем посту мы все время молимся: «Господи! Даруй ми зрети моя прегрешения!»

    И помните: вы будете говеть. Постарайтесь припомнить свои грехи. Как-то продумать их, пережить их покаянно. Ведь покаяние в том заключается, что человек возвращается к сделанному греху и его, так сказать, оплакивает, сетует на себя, просит у Господа милости и прощения, явно сознавая, что он мог и должен был поступить не так, как он поступил, а совсем наоборот.

    Но помните, повторяю: если и потрудитесь над собою в этом отношении - честно, добросовестно, все таки помните: никто из нас не видит своих грехов такими, какими они есть.

    Лучше нас их видели угодники Божии. Один старец день и ночь плакал о грехах. Старец святой жизни, подвижник. Его спрашивает келейник, ученик:
- Что ты все плачешь?
- О грехах моих, - ответил старец.
- Авва, что уж тебе так-то плакать о твоих грехах? - ты же Богу служишь! - сказал его ученик.
- Сын мой, - ответил старец, - если б я видел как дóлжно свои грехи - я и тебя попросил бы о них плакать. Я знаю, что они велики, неимоверно тяжелы, неимоверно! - только я не вижу их как дóлжно...

    - Ведь существует рассказ о том, как один подвижник, тоже - в древности - просил у Господа, чтобы Господь открыл ему в каком-нибудь таком видении ясно - насколько грехом повреждена душа человека. И когда Господь в каком-то таинственном видении открыл ему, насколько человек изуродован грехом, насколько глубоко в душу проник грех, то подвижник почувствовал, что он от ужаса может лишиться рассудка. И - стал просить Господа, чтобы Господь скрыл от него это страшное видение...

    Так что - помните. И старайтесь потрудиться как можно более. Продумайте свою жизнь. Вспомните свои грехи. Представьте себе по благоухающим страницам Христова Евангелия, какова должна быть настоящая христианская жизнь, и похожа ли наша жизнь на нее.

    Но и помните, что велик дар, который получает тот, кто с покаянным сокрушением подходит к святому аналою, на котором - крест и Евангелие лежит. Евангелие нам напоминает тогда, в эти минуты исповеди, о том Законе Господнем, в котором не ходили мы. Сказано: «Блаженны непорочные, ходящие в Законе Господнем»******, а мы - не ходим в этом Законе, а его нарушаем! вот Евангелие кротко нам об этом напоминает... А животворящий крест напоминает о той страшной цене, которую Господь Иисус Христос уплатил, так сказать, за то, чтобы мы с вами получали отпущение грехов. Он есть «Агнец Божий вземляй грехи мiра»*******, на Себя Он берет бремя тяжкое греховное, когда видит, что человек с искренним покаянием приходит к Нему.

    Велик дар, который получаем мы на исповеди! Привыкли мы легко получать прощение... Пришел, поисповедовался - с облегченной душой, с легкой совестью идет человек. А ведь что пережил Господь Иисус Христос в Своем искупительном подвиге! в всей Своей жизни и, наконец - в Гефсиманском саду и на Кресте для того, чтобы даровать человеку этот дивный дар - возможность освобождения души от греха.

    Помните: искренно исповеданный, пережитый грех в Таинстве и покаянии на исповеди, когда вы слышите над собой голос пастыря, отпускающего ваши грехи, когда вы слышите, как он говорит: «Я, недостойный, властию Его мне данною прощаю и разрешаю тебя от грехов твоих» - в этот момент грех прощается НАВСЕГДА. На всю вечность! И никогда его больше вам Господь не напомнит. Никогда и нигде - ни за гробом, ни на Страшном Суде. Как говорил тот же святитель Феофан Затворник кому-то: «У тебя тяжкий грех на душе. Не держи его как гирю за пазухой! Беги к духовному отцу, попроси исповеди! И помни, что когда ты услышишь над собой голос, разрешающий тебя от греха - в этот момент грех исчезнет так, как будто его не было совсем.»

    Это - дело Божественной бесконечной любви и таинственного Божия всемогущества. Мы, люди - часто говорим: "Я простил, а забыть - не могу." А Господь так прощает, что уничтожает грех, как будто его не было. Это - таинственное действие Божия всемогущества, тайна, одному Богу ведомая.

    Мы с вами знаем, что Господь сотворил мiр и все, что в нем. И, как говорит святитель Феофан Затворник, «Господь не умеет уничтожать и дар бытия, дар жизни ни у кого не отнимает - даже у Своего злейшего врага и противника - диавола». Он мог бы Своим всемогуществом обратить его в небытие - но нет! - дары Господни нераскаяны, и, даровавши жизнь, Господь не отнимает ее. Но одно, что Он уничтожает - это человеческие грехи, потому что Господь их не сотворил.

    Человек их творит. Но Господь - идет навстречу кающемуся и Своей всемогущей любовью и всемогуществом уничтожает грех. Вычеркивает его из жизни - его нет! Как и говорил блаженнейший митрополит Антоний другими словами ту же мысль, что в момент разрешения человека на исповеди от греха "грех отсекается от души совершенно, летит в бездну небытия и больше не может иметь значения, [влияния] на участь человека в вечности". - Так велик этот дар!

    Вот я хочу вам прочитать из одной брошюрки несколько мыслей об исповеди.

    Сила Таинства покаяния в том ведь, что человек здесь получает прощение от Того, Кто власть имеет. Можно исповедывать грехи кому угодно, но пастырь Церкви имеет власть отпускать грехи. И вот это-то и нужно измучившейся совести. Когда совесть человека ищет - освободиться от этого тяжкого бремени греховного, то тут и нужно, чтобы в этом было удостоверение Того, Кто действительно имеет власть отпускать грехи. Святитель Феофан кому-то писал: «Помни, что самый смиренный пастырь в тот момент, когда он дает прощение и отпущение, грехов имеет в себе ту же власть, что Господь Иисус Христос». Только Христос Спаситель Сам в Себе имеет эту власть, как и Божественный источник ея, а пастырь - по благодати только ее принял. Но в этот момент он имеет ту же власть, что Сам Господь. И вот, потому-то так чудесно умиротворяюще действует на искренне покаявшегося человека прощение грехов на исповеди. Он словно, действительно, возрожденным и обновленным идет. Совсем все кругом каким-то ему иным представляется, потому что у него совесть очищена, и душа освободилась от тяжкого греховного бремени.

    И вот - послушайте еще несколько мыслей...

    Священник, по низведенной на него архипастырем благодати, владеет словами, которые лишь он один имеет право произнести, и которые обладают великой и таинственной силой. Произнесет он их за Божественной литургией - и совершится страшное чудо преложения. И в Чаше, где было влито вино, появится Святейшая Христова Кровь. Не произнесет этих слов пастырь Церкви - ничего не случится...

    Дальше - перед священником раскрыты все страшные тайны человеческих дел. В исповеди он видит жизнь не такою, как она кажется другим людям, а видит, какова она есть в действительности, в совершенном ея обнажении.

    Один священник в оставленных им записках делился впечатлениями от первой произведенной им исповеди. "В этих кратких признаниях, произносимых отрывочными фразами, - писал священник, - я наслышался таких ужасов о том, что люди делают втайне, что я едва верил этим признаниям. В голове у меня путалось, я едва держался на ногах. И, когда пришел домой, то - бросился, не раздеваясь, на кровать. Закрыл глаза, зажал уши руками и долго и громко стонал. Вся душа невыразимо болела перед этими обнаженными и гноящимися язвами жизни."

    И вот, налагая на голову человека святую епитрахиль, налагая ее над всеми этими ужасами жизни: над людьми, которые тайно кого-то убили, скрылись от правосудия, над родителями, которые жили брачной жизнью со своими детьми, над опомнившимися богохульниками, предателями Христа, предателями родителей, братьев, сестер, над страшными клятвопреступниками, матерями-детоубийцами - над всеми грешившими естественными и самыми омерзительными противоестественными грехами -при их искреннем покаянии священник имеет право произнести великие разрешительные слова: «Властью от Бога мне данною прощаю и разрешаю тя от грехов твоих...»

    Теперь подумайте: умирает человек, и тем вторым зрением, которое является у умирающих, он видит открывающуюся ему вечность. Какое томление от этих видений, какой страх от сознания, что он не успеет на исповеди все рассказать! И вот в эти минуты, когда трепещет его душа пред надвигающейся вечностью, когда вокруг него все - в ужасе, смятении и в скорби, спокойно и уверенно священник действует силою своих таинственных и спасительных молитвенных слов. И вновь в этот последний раз звучит над столько раз прощенным и столько раз вновь согрешившим человеком эти слова: «прощаю и разрешаю тебя», и груз каких бы то ни было самых страшных соделанных грехов летит в бездну и исчезает НАВСЕГДА.

    Великий Оптинский старец Амвросий говорил: «Если бы глупые грешники (как говорил великий старец) понимали бы, что они получают в исповеди, в прощении грехов, насколько изменяется этим их таинственный загробный путь после смерти, то тогда бы они не бегали бы от исповеди, а старались бы как можно чаще исповедоваться». Как выразился великий старец, «проходу бы нам, духовникам не давали, а бегали бы за нами и требовали: "исповедуй меня, исповедуй меня, разреши меня от грехов!"»- потому что знали бы, что получает человек, когда он исповедью освобождает душу, отсекая от нее бремя тяжкое греховное.

    И вот это-то таинство покаяния, само по себе самостоятельное совершенно, в то же самое время, по сложившейся у нас практике, совершенно естественно и закономерно является, будучи, повторяю, самостоятельным Таинством, вместе с тем - и подготовкой к другому великому Таинству - Таинству святого причащения.

    О Таинстве святого причащения можно было бы часами говорить... Это есть центр христианства, центр жизни духовной. Как к центру круга сходятся все радиусы - все решительно нити духовной жизни сходятся к этому духовному центру. Сам Спаситель, как мы с вами знаем из Евангелия, ведь так и сказал, как я еще говорил в начале беседы, что только тот, кто будет вкушать Его Тело и пить Его Божественную Кровь - только тот будет иметь жизнь вечную.*** И - в обратной формулировке, в отрицательной - Господь говорил: «Аще не снести плоти Сына Человеческого, не пиете крови Его - живота не имате в себе»*** И, в то же самое время, еще святой Апостол Павел в свое время призывал к тому, чтобы человек готовился к принятию святых Таин. По славянски - «да искушает человек себе»********. В русском тексте - «да испытывает человек себя», то есть - да проверяет себя. До проверяет свою душу, свою жизнь, свою совесть, если он намеревается приступить к этому святейшему из всех Таинств.

    Оно покрыто величайшей тайною. Господь, зная немощь человеческого естества, прикрывает его видом того, что нам привычно. Когда же на престоле, за Божественной литургией освящены святые Дары, то пред нами как будто бы по-прежнему хлеб и вино...

    Известен случай из жизни, кажется, святителя Григория Двоеслова, что однажды он причащал верующих - подошла одна женщина. И когда он, готовясь преподать ей Святые Тайны, сказал, что причащается раба Божия Тела и Крови Христовой - она улыбнулась. Святитель задержал свою руку.
- Чему ты улыбаешься?
Она говорит:
- Владыка, мне странно слышать это слово. Ты мне преподаешь тот самый хлеб, который я как раз вчера пекла. Это - дело моих рук, а ты говоришь, что это - Тело Христово.
Святитель помолился в душе, и женщина - в ужасе отступила. - Потому что увидела тогда на лжице именно - тело человека окровавленное, покрытое кровью. Она в ужасе отступила - тогда святитель Григорий снова помолился, и Святые Тайны приняли обычный вид хлеба и вина. И это чудо совершалось неоднократно. Были случаи, что и священнослужители, в недостатке веры совершавшие это Таинство - в ужасе видели подобное же чудесное явление. Но Господь, повторяю, священнотаинственно, священнотаинственным образом совершает через Своего священнослужителя это Таинство, преподавая по виду - как будто бы хлеб и вино.

    Но помните, что это - величайшая святыня, равной которой нет нигде. Больше этого - святыни нет. Святитель Иоанн Златоуст говорил: «Если бы ты прошел небо и небеса небес и поднялся бы на третье небо, ты не нашел бы там ничего большего и святейшего, чем то, что ты видишь на престоле в алтаре во время богослужения.» И вот Господь даровал человеку Пречистое Тело и Свою Кровь в питание духовное и в врачевание духовное.

    Но для того, чтобы быть причастником Святых Таин, чтоб причаститься не в суд и в осуждение, а именно - во оставление грехов и в жизнь вечную, человек должен готовиться к этому.

    У нас ведь раньше на Руси-матушке нормой считалось, что человек должен говеть каждый пост. Каждый из четырех постов в году. В Великом посту часто говели дважды и трижды. Говели многие на Великие Праздники, в день своего Ангела, и только во виде исключения разрешалось тому, кто очень удален от храма и редко имеет возможность его посещать - разрешалось раз в году это делать, уж ни в коем случае не реже. Но так как-то стала падать духовная жизнь в русском народе, уровень ее опускался все ниже и ниже, какой-то духовный холод и равнодушие овладевало людьми, и это исключение стало правилом... И - нормой какой-то считалось, что человек говеет один раз в год.

    И это - не только тогда было, а и в революционные годы и заграницей. Здесь - стали многие разумно на это смотреть и чаще приступать к святой Чаше. Конечно, в духовной жизни человеку опасно предпринимать какие-либо ответственные шаги или решаться на какие-то поступки или действия без руководства и без благословения духовного отца, и если у него есть усердие в этом отношении, ему хотелось бы чаще сподобляться причастия Святых Таин, то он должен всегда это делать с совета, с указания, с благословения своего духовника. Потому что враг нас караулит повсюду, на всех путях нашей жизни. А в особенности - когда человек хочет и какую-то перемену к лучшему внести - то для врага нашего спасения это - нож по горлу, как выражались подвижники. И он всячески старается человека запутать и, в частности, иногда - влагает в него желание - сразу - таких духовных подвигов и трудов, которые человеку еще не по плечу. Ибо, если он слаб духовно, то не понесет он того подвига и труда духовного который может быть только при условии большого уже горения на личном уровне. Это - доброе желание и к этому как раз должны стремиться все и каждый. Это - помните.

    И еще. Когда жил я в Харбине, там же был как раз и отец архимандрит Константин - тоже мы с ним много лет там прожили одновременно. Там у нас в больших храмах всегда было то, что вот сегодня будет - чтение определенных правил молитвенных, которые должен совершить христианин, готовящийся исповедоваться и причащаться Святых Таин. Но как я был изумлен, когда выехал из Китая и попал сначала в Австралию, а потом - в Америку и когда увидал, что редко-редко в каком храме это бывает. - А что многие, многие из тех, кто считается благочестивыми церковными людьми, не совершают этих правил и даже о них и не знают. И в этом отношении незнание основных законов такой молитвенно-аскетической подготовки к принятию Великого Таинства так далеко зашло, что некоторые не знают, что нужно и говеть, готовиться в течение какого-то определенного времени к этому. Каким-то обычным явлением стало, что человек идет исповедоваться - хорошо, если еще с вечера, накануне того дня, когда он хочет причащаться - а то и днем, перед литургией придет, накануне не побывавши, не ходивши в церковь совсем. Придет еще - опоздавши. И придет при этом, накануне и не постившись. - Никакой подготовки совершенно нет.

    Господь милостив. Он знает, что теперь условия жизни такие, что иной человек, если б знал - то исполнил бы. Просто уж такое неведение, тут, конечно, в значительной степени уже виноват и клир, который недостаточно об этом разъясняет - эти основные, важнейшие истины своей пастве. Но так или иначе - вот это - печальное явление, оно - слишком укоренилось. И надобно с ним бороться всегда. Сами не допускайте такого поверхностного, несерьезного отношения к принятию Святых Христовых Таин и всюду старайтесь - советом, указанием, наставлением - его [, этот серьезный взгляд на причащение-] распространять.

    Ведь наше время такое, что в условиях окружающей жизни каждый христианин может оказаться, действительно, миссионером среди нехристианской среды, окружающей его. Христианских слов говориться теперь много! И - красиво они иногда говорятся! А жизнь - идет теперь совсем не по христианским началом. Поэтому тому, кто хочет быть последовательным христианином в своей жизни, повторяю - придется частенько быть чем-то вроде миссионера и борца за истину. Говорят - "один в поле не воин", была такая поговорка, но теперь христианин сплошь и рядом должен быть и один - в поле воин.

    Христианин, который сокрушенно, смиренно, поговевши - исповедовался и благоговейно и с верою причастился Святых Таин, как говорил владыка Антоний, "наполовину уже для вечности спасен". И - о если бы он сумел сохранить ту святыню, которую он получает! Помните, когда будете подходить к святой Чаше - помните! ни один человек от нее не отойдет таким, каким подошел.

    Господь сердцеведец видит самую глубину нашего сердца, нашей души. Если христианин подходит смиренно, с сознанием своего недостоинства, действительно, слушая или повторяя от души слова «не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедую Тя» - если он так смиренно и с верою подходит к святой Чаше, то непременно получит от Господа в Святых Тайнах дар, укрепляющий его.

    Подходя к Святой Чаше - молись, вспомни свои добрые желания - всем ведь нам хочется быть лучше, но бессильны мы! Принимаем "твердые решения", так называемые, а эти "твердые решения" оказываются, по выражению святителя Феофана, похожи на «весенний снег, который попал на солнышко и сейчас же растаял - от него не осталось и следа». Так бывает, по выражению великого святителя с нашими, так называемыми "твердыми решениями"... - Нет! подходя к Святой Чаше, проси у Господа источника сил духовных! - Чтобы Он Сам призрел на добрые желания твоего сердца и их укрепил. Чтоб ты - укрепленный для новой духовной жизни отошел от Святой Чаши. И помни, что если с смиренной верою подойдешь, то - получишь: Господь никому не отказывает в дарах благодати Своей.

    Но - берегись подойти с неверием! Берегись подойти равнодушно! Помни, что благодать Господня просветляет и очищает того, кого она удостоивает за его веру и смирение и покаяние, но она же - меч посекающий для того, кто осмеливается недостойно подходить к этой Чаше. Поэтому все усилия прилагай к тому, чтобы и подготовиться как дóлжно и с смиренною верою к Святой Чаше подходить.

    Еще возвращусь на минутку, оканчивая свое слово, к таинству покаяния. Забыл я, говоря о нем, еще сказать: человек, подходящий к исповеди, должен помнить, что страшным грехом будет, если он скроет какой-либо грех. К сожалению, встречаются такие явления. У человека на душе есть какой-то тяжкий грех, стыдный грех, который он тяготится открыть. И думает: "Ну ничего, пусть это останется уж, а все-таки, по крайней мере хоть остальное Господь мне простит". - Не простит! Иное дело - забытый грех. Господь знает, что мы всего вспомнить не можем. - Тем более, как вы слышали, мы и до глубины-то своей греховности проникнуть не можем своим взором. Но грех, который ты помнишь - берегись скрывать! И не только в нем не получишь прощения, но и не один грех тебе не простится, и ты отойдешь от исповеди с еще бóльшим тяжким грехом, как поругавший Божию благодать.

    Владыка Антоний, с его громадным духовным опытом и знанием жизни, говорил: "В жизни бывают так называемые неразгаданные самоубийства..." Так вот, владыка Антоний говорил, что значительная доля, может быть - большинство из этих непонятных самоубийств - почему они случились? - что они были совершены человеком потому, что он когда-то солгал на исповеди. Сказал ложь или утаил какой-то грех. От такого отступает Дух благодати, и им завладевает тот, кто Иуду-предателя довел до петли.

    Был, помню, ужасный случай у нас в Харбине. - Как какой-то человек - как будто говел, исповедовался, пришел в церковь, причастился Святых Таин, вернулся домой и - повесился... Что тут такое было - никто не знает, но, по всей вероятности, с ним, вероятно случилось что-либо подобное: или солгал на исповеди или - скрыл что-то, утаил. Так или иначе, именно - как поругатель благодати Святого Духа с исповеди вышел. Поэтому - причастился в еще бóльший суд и осуждение себе и - погиб Иудиной смертью.

    Помните это, дорогая молодежь! Я очень рад видеть вас здесь, а, в особенности - тому, что многие из вас хотят как раз исповедоваться и причащаться Святых Таин. Даже те, кто, может быть, не собирался. Если только нет причин каких-нибудь, которые бы вам могли воспрепятствовать - поусердствуйте! Пусть вы до этого не говели, может быть - Господь милостив! Если у вас загорится доброе желание - освободить душу от греха, причаститься Святых Таин - духовный отец отпустит вам ваши грехи и Церковь удостоит вас принятия Святых Таин - если это, действительно, будет глубоким и искренним порывом души. И это - будет самый лучший конец, венец, так сказать, вашего труда, который вы подняли, сюда собираясь, и этим вы, действительно, увенчаете ваше паломничество.

 

* Мф. 16, 24; Мк. 8, 34; Лк. 9, 23.
** Лк. 14, 26.
*** Ин. 6, 22-71.
**** Ин. 6, 67-69.
***** 1 Ин. 5, 19.
****** Пс. 118, 1.
******* Ин. 1, 29.
******** 1 Кор. 11, 28.

 

Кассета 16; Проповедь 1

 

    Назад
К началу