СВЯТИТЕЛЬ ИОАНН ШАНХАЙСКИЙ И САН-ФРАНЦИССКИЙ

  


ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ

  

        После смерти душа жива и чувствует больше, а не меньше. Св. Амвросий Медиоланский учит: "Поскольку душа продолжает жить после смерти, остается добро, которое не теряется со смертью, но возрастает. Душа не удерживается никакими препятствиями, ставимыми смертью, но более деятельна, потому что действует в своей собственной сфере безо всякой связи с телом, которое ей скорее бремя, чем польза" (Св. Амвросий, "Смерть как благо").

        Преп. Авва Дорофей подводит итог суждениям ранних Отцов по этому вопросу: "Ибо души помнят все, что было здесь, как говорят Отцы, и слова, и дела, и помышления, и ничего из этого не могут забыть тогда. А сказанное в псалме "В тот день исчезают все помышления его" (Пс. 146, 4) - говорится о помышлениях века сего, т.е. о строении, имуществе, родителях, детях и всяком даянии и получении. Все сие вместе с тем, как душа выходит из тела, погибает. А что она сделала относительно добродетели или страсти, все то помнит и ничего из этого для нее не погибает. И ничего, как я сказал, не забывает душа из того, что она сделала в сем мире, но все помнит по выходе из тела, и притом лучше и яснее, как освободившаяся от земного сего тела" (авва Дорофей, Поучение 12).

        Великий подвижник века преп. Иоанн Кассиан ясно формулирует активное состояние души после смерти тела в ответе еретикам, верящим в то, что душа после смерти тела бессознательна: "Души после разлучения с телом бывают не праздны, не остаются без всякого чувства; это доказывает евангельская притча о богатом и Лазаре: (Лк. 16, 23 - 28)… Души умерших не только не лишаются своих чувств, но не теряют и расположений своих, т. е. надежды и страха, радости и скорби, и нечто из того, что ожидают себе на всеобщем суде, они начинают уже предвкушать… они еще живее становятся и ревностнее прилепляются к прославлению Бога. И действительно, если, рассмотрев свидетельства Священного Писания о природе самой души, по мере нашего смысла несколько порассудим, то не будет ли, не говорю - крайнею глупостью, но безумием, хоть слегка подозревать, что драгоценнейшая часть человека (т.е. душа), в которой, по блаженному апостолу, заключается образ Божий и подобие (Кор. 11, 7. Кол. 3, 10), по отложении этой дебелости телесной, в которой она находится в настоящей жизни, будто становится бесчувственною - та, которая, содержа в себе всякую силу разума, своим причастием даже немое и бесчувственное вещество плоти делает чувствительным? Отсюда следует (и свойство самого разума требует того), чтобы дух, по сложении этой плотской дебелости, которою ныне ослабляется, свои разумные силы привел в лучшее состояние, восстановил их более чистыми и более тонкими, а не лишился их".

        Современный "посмертный" опыт сделал людей вполне осведомленными о сознательности души после смерти, о большей остроте и быстроте ее умственных способностей. Но самой по себе такого такого рода осведомленности еще недостаточно, чтобы защитить пребывающего в "посмертном" состоянии от проявлений "внетелесной" сферы, - необходимо владеть всем христианским учением по этому вопросу.

 

    Назад
К началу